Читать книгу - "Окно с видом на счастье - Наталья Игоревна Соснина"

— С вами, Саша, — она подняла глаза, и они встретились взглядами, отчего у Эллы по спине побежали мурашки, — мне не страшно ничего, даже чертова дюжина!

И хотя ее глаза сказали ему все, он продолжал эту сладкую игру:

— Значит, вот прямо сегодня я вас, Эллочка, и увижу? Во сколько же мне вас ждать?

— Я освобожусь после семи, Саша, — солгала она, потому что не только была свободна весь день, но и готова была, опустив все эти условности с дегустацией виски, отдаться ему прямо здесь, на столе в ординаторской, невзирая на то, что сюда в любой момент может зайти кто угодно, а, как она успела заметить, щеколды на двери нет.

Корольков снова поцеловал ее руку:

— Прекрасно, Элла Юрьевна, значит, до… после семи?

— Да, — пролепетала она. — До встречи…

Он, сложив руки на груди, смотрел в окно, как Элла спустилась с крыльца и пошла по главной аллее больничного парка к выходу. «Как занятно все получается, — думал Саша. — А ведь она сразу мне понравилась… И почему я сам не догадался каким-то образом дать ей это понять? Наверно, мне тогда было совсем не до чего, раз я пропустил такую красавицу. Смелая женщина! И очень сексапильная: не худенькая, но ведь и — Боже упаси! — вовсе не пышка. Какая-то она вся словно налитое яблочко — свежая, крепенькая и в то же время женственная и очень, очень чувственная, это видно сразу. Какая-то в ней нереализованная чувственность, что ли?»

Саша вовсе не был циником в отношениях с противоположным полом, и тем не менее мысли его потекли в совершенно конкретном направлении: как все будет. А с ней все будет очень и очень интересно и, наверно, это все будет долгим и неутомимым, продолжал размышлять Корольков.

У него были женщины постарше, но совсем немного. Хорошо запомнилась, пожалуй, всего одна: та самая военврач Маринка, от которой в крошечной смотровой пятигорского госпиталя Саша впервые в жизни узнал, что он хороший любовник. У Маринки был короткий халатик, а под ним — ничего, и Саша тогда не смог отказаться от столь заманчивого предложения: устроил ей такой фееричный военно-полевой секс, что она наверняка запомнила сержанта Королькова надолго. Он улыбнулся своим воспоминаниям и опять посмотрел на почти скрывшуюся из поля зрения Эллу. «Все будет замечательно, Элла Юрьевна… Все будет просто супер».

Он открыл ей дверь, и у Эллы помутилось в голове: Саша был в джинсах, немного ободранных, белой футболке и… босиком. Почему-то именно его босые ступни — совершенные, как и весь он, — привели Эллу в восторг. Она вошла и решительно обняла его свободной рукой за шею, успев прошептать:

— Давай не будем терять время, Саша…

До виски дело, конечно, дошло, но нескоро. Тактильно она тоже оказалась гладкой, плотненькой, но в то же время необыкновенно изящной, потому что у нее были тонкие лодыжки и запястья и узкие ступни и кисти рук. Саше всегда нравились женщины с ножками, которые он мог обхватить выше ступни пальцами одной руки. Когда-то давно тетя Зина Туманова наставляла их, семнадцатилетних щеглов:

— Вы, пацаны, всегда смотрите на лодыжки. Если они тонкие — значит, порода есть в такой женщине!

— Как это, мам? Какая еще порода? — удивился тогда Костя. — Порода ведь только у собак бывает… Или у лошадей!

Тетя Зина улыбнулась:

— У людей тоже бывает, сынок. Если ноги толстые у девочки, пусть даже сама она стройненькая, значит, располнеет обязательно, как родит.

Будущие разбиватели женских сердец вопросительно смотрели на тетю Зину: уши у них, казалось, заострились от любопытства.

— Чего уставились, дурачки? — засмеялась она. — Вы слушайте, что вам мать говорит, да на ус мотайте!

— Эл? — позвал Саша в темноте.

— М-м-м-м?

— Пойдем поедим чего-нибудь, а? — жалобно попросил он. — Я сегодня с утра не ел…

Элла удивленно подняла одну бровь и подумала: «Ничего себе! Откуда силы-то взялись у него? Хотя что я удивляюсь: молодость…»

— Почему? — спросила она.

— Некогда было, — спокойно начал объяснять Саша. — Сегодня было много операций, людей везли и везли — на Жуковке крупное ДТП произошло, в машинах несколько пострадавших, да еще и автобусную остановку зацепило. А мы сегодня дежурили. Пойдем?

— Ужас какой! И часто у тебя вот так?

— Часто, конечно, — ответил Саша. — Неотложная хирургия…

— А что бы ты хотел поесть?

— Да что есть, то и поедим, — улыбнулся он. — У меня мясо есть, давай его быстро пожарим, и все. Помидорки, опять же…

— Ну хорошо, пойдем. Покажешь, где у тебя сковородка?

— Да я сам пожарю, Эллочка! А ты посидишь со мной…

— Сам? — удивилась Элла. — Ты умеешь готовить?

— Конечно, умею. Я ведь один живу, вот и научился.

— Один? — переспросила она. — Почему-то я думала, что ты живешь с родителями, и они сейчас уехали на дачу.

Он снова улыбнулся:

— Тема «предки на даче» давно для меня ушла в прошлое. Моих родителей уже нет в живых, и с утра сюда точно никто не нагрянет нежданчиком,